Валериу Гилецки: Часто мы демонизируем Запад

Валериу Гилецки: Часто мы демонизируем Запад

Валериу Гилецки: Часто мы демонизируем Запад

IMG_60471-e1350914704577Известный молдавский политик Валериу Гилецкий рассказал REF News о собственном пути Молдовы, «ужасах евроинтеграции», о том, почему ему не страшно заглянуть в завтрашний день.

Отношения между Востоком и Западом стали в эти дни лейтмотивом политической, общественной и даже религиозной жизни многих стран постсоветского пространства. Явный тому пример - страсти кипящие сейчас на Украине. Сторонники и противники евроинтеграции озвучивают самые разные «за» и «против», и в их числе не последнюю роль занимают темы религиозной свободы, прав секс-меньшинств и возможности отдельных стран сохранить свою идентичность в процессе вхождения в Большую Европу.

Разобраться в этой крайне актуальной теме нам любезно помог человек,  знакомый с евроинтеграцией не понаслышке - член Парламента Республики Молдова от Либерально-демократической партии Валериу Гилецки (Valeriu Ghiletchi). Молдова сделала на пути в ЕС гораздо больше шагов, нежели Украина и именно ее гражданам есть, что рассказать о реальной специфике сближения с Европой и ее последствиях для жизни общества, церкви и отношений с соседними государствами. Господин Гилецки любезно согласился встретиться со специальным корреспондентом REF News Игорем Алениным и ответить на его многочисленные вопросы.

-Как вы охарактеризуете этот исторический период в жизни Молдовы?
-Вильнюсский саммит является безусловно значимым событием для Молдовы. Мы шли к нему с тех пор, как победили на выборах в 2009 году и повторно в 2010 году. Подписание закона об ассоциации с Евросоюзом и о зоне свободной торговли с Евросоюзом  были с того времени основными целями правительства. Этот закон еще не подписан, но в Вильнюсе он был парафирован. Это первый существенный шаг на пути евроинтеграции. Предстоит еще подписание важных документов, затем ратификация в Парламенте. Цель Парламента Молдовы состоит в том, чтоб до следующих выборов пройти еще два этапа. После того как эти документы будут ратифицированы Парламентом, они обретут силу закона. И тогда процесс примет необратимый характер. Данное событие важно для жизни Молдовы, хотя оно и вызвало резкую реакцию неприятия со стороны оппозиции и части населения.

Многие воспринимают подписание Вильнюсского договора как фактическое вхождение в Евросоюз. Это далеко не так. Молдова не входит в Евросоюз, хотя такое намерение [у правительства] есть. Но в последних договорах ничего не говорится о том, что Молдова войдет в состав Евросоюза. Для нас сегодня важно было подписать эти документы и тем самым наметить перспективу для модернизации, улучшения жизни людей. То есть мы говорим о нескольких важных компонентах: обеспечении основных свобод, верховенстве Закона, экономическом росте, благосостоянии страны. Мы понимаем, что подписав договор с Евросоюзом, Молдова открывает перед собой новое будущее: когда в стране лучше работает юстиция, когда люди чувствуют себя свободными, когда создаются условия для притока иностранного капитала, когда есть рабочие места, существует активный торговый обмен. Уже 22 года Молдова никак не выберет путь развития между Востоком и Западом, и такое положение вещей не выгодно нашей стране. Нам нужен четкий и понятный вектор развития. Недавно Парламентом была принята Декларация, которая закрепляет евроинтеграцию как основное содержание национальных интересов. Нам еще долго предстоит работать над объединением общества - сегодня оно поляризовано. По большому счету, это разделение вызвано отсутствием консолидирующей национальной идеи. Путь евроинтеграции является важным ее компонентом. Политическое большинство Молдовы сегодня воспринимает  евроинтеграцию единственным действенным способом улучшения жизни молдаван. Каждый человек хочет жить в стране, в которой его права уважают, где они защищены. В стране, где можно проявлять предпринимательскую инициативу, где безопасно и приятно воспитывать своих детей. Вильнюсский саммит заложил одну из основ евроинтеграции, которая в будущем будет закреплена законодательно.

-А как может внешняя сила улучшить ситуацию с юстицией, то есть исполнением законов? Может ли Евросоюз радикально изменить самосознание людей?
-Когда мы говорим об изменении самосознания, оно должно начаться изнутри. Христиане говорят о рождении свыше. Без него от человека не стоит ждать радикальных перемен. Но и процесс рождения свыше обусловлен определенными факторами. Я полностью согласен с тем, что нам не удастся в течение короткого времени изменить ментальность народа. Я часто цитирую чью-то мысль, когда речь заходит о самосознании людей, воспитанных в советском обществе: «Богу понадобилась одна ночь, чтобы евреи вышли из Египта; и 40 лет, чтобы Египет вышел из людей». Молдова получила независимость 22 года назад. Надеюсь, что лет через 20 «египетский синдром» уже не будет напоминать о себе. И мы сегодня должны предпринять усилия, чтобы не вернуться во вчерашний Египет, а идти вперед. Подписав необходимые документы, проводя в стране реформы, в том числе и в области юстиции, мы создадим условия для необратимых изменений в стране. Изменения не произойдут сами по себе. Я уверен, что усилия, направленные на установление верховенства закона, на борьбу с коррупцией, обязательно дадут плоды. Но как христианин я продолжаю проповедовать Евангелие, продолжаю призывать людей к Богу, потому что лишь имея духовную составляющую, реформы могут привести к успеху. Полагаться только на политические, экономические, социальные реформы не стоит. Будучи членом Парламента Молдовы и членом Парламентской ассамблеи Совета Европы я не раз критиковал так называемые «европейские» ценности. Я голосовал против закона о равенстве. Был единственным от своей партии высказавшимся против него. Речь идет о равенстве людей, придерживающихся нетрадиционной ориентации. В этом законе есть статья, гарантирующая секс-меньшинствам равные права при трудоустройстве. В начальном виде в наш Парламент был представлен проект закона, который являлся гораздо более либеральным, чем во многих европейских странах. Я говорил с премьер-министром, проект был отозван. В него было внесено много поправок. В конечном итоге в законе осталась одна статья, гарантирующая секс-меньшинствах право на трудоустройство. Но в законе появились статьи о том, что это право на трудоустройство не распространяется на церкви, религиозные организации и богословские учебные заведения. В нашей Конституции прописано, что семья — это союз мужчины и женщины, что усыновление — прерогатива семей. В таком виде закон о равенстве и был принят. Я не согласен с тем, что сексуальная ориентация относится к основным правам человека, и голосовал против этого закона. Но отмечу, что принят он был после многочисленных парламентских консультаций, после обсуждения закона в обществе. Принят с серьезными поправками и в гораздо более сбалансированной редакции: в ней защищены права семьи, религиозных, богословских учреждений. Я это говорю к тому, что продвижению новых европейских прав, которые в основном продвигаются левыми партиями, можно противостоять.

-То есть по принятому закону геи не имеют права прийти в баптистскую церковь и потребовать, чтобы их обвенчали?
Не могут. Я преподаю в христианском университете. Если среди студентов окажется представитель нетрадиционной сексуальной ориентации, то руководство университета будет вправе отчислить его и тем самым не нарушит закон. Часто мы демонизируем Запад. И не видим, что на Западе тоже существуют консервативные политические силы, которые отстаивают традиционные семейные ценности. Когда я показал премьер-министру Молдовы директиву, утвержденную Европейский парламентом, то в ней гарантировалось право на трудоустройство. Но в той же директиве были ограничения на трудоустройство в религиозные и богословские учреждения. Значит, и мы должны были обратить на это внимание. Но в информационной войне Запад часто представляется однобоко, без учета нюансов и споров, которые ведутся представителями разных политических партий. Ведь и на Востоке у нас много моральных и нравственных проблем. Высочайший уровень разводов, большое количество абортов, насилие в семье, насилие над детьми. Христос говорил, что прежде чем вынуть соринку из глаза ближнего своего, не лучше ли вынуть бревно из собственного глаза. Я продолжаю считать, что для Молдовы и других стран Восточного партнерства путь евроинтеграции принесет больше преимуществ и благотворно скажется на будущем развитии наших стран. Став ассоциированным членом Евросоюза, наша страна, как мне кажется, получит возможность еще более эффективно отстаивать традиционные права людей.

-Как вы могли бы прокомментировать перспективы перехода к безвизовому режиму?
Тут есть определенная процедура. Перед Молдовой стояла задача выполнить определенный план действий для того, чтобы добиться безвизового режима. Еврокомиссия провела анализ выполнения этого плана действий и пришла к выводу, что нами все пункты плана выполнены. Еврокомиссия  рекомендовала Европарламенту рассмотреть вопрос о введении безвизового режима в отношении Молдовы. Как считают наши дипломаты и уполномоченные чиновники Евросоюза, до конца мандата Европарламента (он истекает в мае 2014 года) будет принято решение в отношении Молдовы и безвизовый режим войдет в силу. Вероятнее всего, ближе к середине следующего года, максимум — к концу. Безвизовый режим не означает, что граждане Молдовы смогут работать в странах Евросоюза. Они смогут свободно путешествовать в течение 90 дней. Такой режим в одностороннем порядке уже введен Молдовой в отношении граждан Евросоюза и США. Если же гражданин Молдовы хочет работать, то он должен иметь разрешение на работу. Для граждан Молдовы безвизовый режим, как мне кажется, очень важен. Все-таки одной из основных свобод сегодня является свобода передвижения.

-Уже сегодня есть примеры, как граждан Молдовы не пускают в Россию. С введением безвизового режима многие граждане Молдовы, искавшие трудоустройство в России, вынуждены будут уезжать на Запад...
-Как в России, так и на Западе сегодня есть много наших граждан, которые работают легально. Но есть много нелегальных рабочих. Когда в двухсторонних отношениях с Россией у Молдовы появляются некоторые сложности, российские партнеры всегда вспоминают о молдавских нелегалах. Хотя молдавские нелегалы не составляют большинства в огромной армии нелегальных рабочих в России. Борьба с нелегальным трудоустройством — отдельная очень важная проблема, но она никак не относится к безвизовому режиму. С другой стороны, человек, имеющий возможность на три месяца выехать на Запад, может за это время найти способ легального трудоустройства, подписать временный или постоянный контракт.

-Нет ли опасности, что Молдова вступает на тот путь прибалтийских стран, в которых большинство трудоспособного населения уезжает на Запад, чтобы работать чаще всего не на самых престижных работах?
-Конечно, такая опасность существует. Многие граждане Молдовы приняли гражданство Румынии и уехали на Запад. Многие сегодня принимают гражданство Румынии. То есть те, кто хотел уехать на Запад, в большинстве своем уже это сделали. Не думаю, что с введением безвизового режима Молдова окажется наполовину обезлюдевшей. Да, ваши слова относительно прибалтийских стран и других стран, проходящих переходный период, справедливы. В свое время такой массовый отъезд на работу в другие страны переживали Ирландия, Италия... Но многие люди позже вернулись в родную страну. Если Молдова будет поступательно развиваться, то уехавшие из страны, вероятнее всего, вернутся обратно. Даже если небольшая волна миграции будет вызвана введением этого режима, в долгосрочной перспективе этот шаг принесет больше пользы, чем вреда.

-В свете последних событий и заявлений румынского правительства не видите ли вы опасность того, что в долгосрочной перспективе «молдаване» перестанут существовать как отдельная обособленная от румынов нация?
-Вы задели болезненную тему. Молдова исторически не была независимым государством — таким, каким она является сегодня. Мы безусловно переживаем кризис самоидентификации. Если говорить о молдаванах, то кто они сегодня? Этническая группа, граждане, проживающие на этой территории? Мне сложно ответить на этот вопрос. Вопрос нашей идентичности - в муках рождения. Я склонен к тому, что Молдова сохранит свою идентичность. Таково настроение большинства населения страны. Нельзя отрицать тот факт, что определенная часть населения желала бы воссоединения с Румынией. Но на сегодня этот процент населения невелик. По крайней мере, о том свидетельствуют опросы. Референдум никто не проводил. Мне кажется, что большинство людей хотело бы видеть свою страну независимой, но входящей в состав Евросоюза. В тот момент, когда люди смогут спокойно передвигаться между странами, в том числе и переезжать без виз в Румынию,  вопрос о слиянии будет закрыт сам собой. Да, надо учитывать последние заявления президента Румынии Траяна Бэсеску, решения Конституционного Суда о том, что национальным языком Молдовы является румынский язык. Так говорится в Декларации о независимости Молдовы, хотя в Конституции Молдовы закреплен статус официального языка за молдавским. Это лишь подтверждает мою мысль о том, что молдавская идентичность только сейчас формируется. Но мне кажется, что когда страсти улягутся, идентификация граждан Молдовы будет сформирована не только по национальному признаку. Все-таки мы живем в многонациональном государстве: здесь живут молдаване, украинцы, болгары, гагаузы, русские. Если взять США сегодня, то говорить об одном доминирующем этносе довольно сложно. Идентичность страны должна складываться не только из национальной составляющей, но и из других ценностей. Мне кажется, что интеграция в Евросоюз со временем снимет остроту в области самоидентификации. Этот вопрос станет второстепенным. Первостепенными станут вопросы благосостояния, соблюдения их свобод. Люди уезжают в другие страны, но не забывают свой язык, свою культуру. Просто их заставляет так поступить экономическая  реальность. Поиск насущного хлеба занимает человека в большей степени, чем размышления о самоидентификации.

-Выбор в пользу Евроинтеграции означает отказ от интеграции с Россией? Или есть некий третий путь?
-Моя позиция такова: мы не должны противопоставлять курс на евроинтеграцию нашим отношениям с Российской Федерацией. У нас нет серьезных разногласий с Украиной и другими бывшими странами СССР. Российская Федерация трактует курс на евроинтеграцию как угрозу себе. Мы так не считаем. Об этом говорил и наш премьер-министр после подписания документов в Вильнюсе. Молдова хочет сохранить хорошие отношения с Россией. Мы готовы сделать то, что зависит от нас. Но в свою очередь просим, чтобы Россия уважала наш суверенный выбор. У нас до сих пор не урегулирован Приднестровский конфликт. И мы понимаем, что без участия России он разрешен не будет.

-Как вы оцениваете происходящее на Украине сегодня?
Происходящее на Украине сегодня — следствие ошибок допущенных украинским правительством. Они шли к Вильнюсскому саммиту, давая понять, что готовы к подписанию документов об ассоциации с Евросоюзом. Отказ в последний момент от подписания и вызвал сбой, массовый протест той части населения, которая поддерживала евроинтеграцию. Свой вклад в создавшуюся ситуацию внесла и  Российская Федерация. Перед правительством Украины сейчас непростая задача. Если документы об евроинтеграции и будут подписаны, то на имидже правительства эти метания скажутся негативно. Что касается Молдовы во всей этой ситуации, то в краткосрочной перспективе наша страна выиграет от этого шага Украины, но в долгосрочной перспективе нам не хотелось бы, чтобы Украина отказалась от курса на евроинтеграцию. Это лучше для Молдовы, для решения Приднестровского конфликта, лучше для ситуации в регионе. Я не вижу предпосылок для вхождения Украины в Таможенный союз. Следующие выборы в Украине покажут более четко, какой вектор преобладает в Украине: западный или восточный. Поляризация общества присуща как Молдове так и Украине. Но сегодня мы в Молдове смогли найти то необходимое большинство населения, чтобы сделать шаг вперед, в сторону Евросоюза.

-Адвент, предрождественское время. С одной стороны, событие Рождества, его непреходящие ценности, и с другой стороны, события политические, сиюминутные, но крайне важные для судьбы народа в будущем. Что на что влияет лично в вашем случае?
-Важный для меня вопрос. В своей политической деятельности я постоянно напоминаю себе о том, что все на земле кратковременно, скоротечно. Мы никогда поэтому не должны упускать из виду ценности вечные. Если я слышу сегодня о каких-то апокалиптических сценариях, то говорю так: если я верю, что Бог управляет историей, то верю, что Иисус Христос — мой Спаситель. Имея надежду на вечную жизнь, чего мне бояться на земле?! Если Господь допустит, то так оно и будет. А не допустит, ничего не случится. Глядя на то, что происходит в Европе, в Украине, России, вспоминаешь, что в этот мир пришел Иисус Христос, чтобы дать нам вечную жизнь, вечную надежду. Довольно заботы сегодняшнему дню. В нашем Правительстве третий год будет праздноваться Рождество и 25 декабря и 6 января. Это реалии нашей страны, мы — и Запад и Восток, наш язык считают и румынским и молдавским, мы придерживаемся и старого и нового стиля. Однако зная Христа, не страшно заглянуть в завтрашний день.

-Молдова, получается, принимает и один стиль и другой, то есть живет в ситуации не противопоставления одного другому, а в попытке примирить то, что раньше не примирялось.
-Я говорил о том, что молдавская самоидентификация переживает муки рождения. Это совсем не легко. Каким-то странам переходный период дался легче. А мы держимся за прошлое. Появляется луч надежды. Кто-то сказал, что путь христианина синусоидальный  как ритм сердца, то есть колебания между взлетами и падениями. Но в этом жизнь. Прямая линия — признак смерти.

Interviu realizat de Agenţia REFNews

Close